Детский сайтКак весело это было

Надо ли доказывать, что умение управлять собой всегда и безусловно — благо?

Не так давно я был приглашен в судьи. Дело предстояло разбирать не совсем обычное и, на мой взгляд, крайне важное. Мальчишки, начитавшись книг про разведчиков, партизан, летчиков и танкистов, совершавших немыслимые подвиги на войне, пришли к несколько неожиданному выводу: на фронте было хорошо, хоть каждый день отличайся — бери языка, тарань противника, громи вражеский штаб. А теперь плохо: редко кому повезет спасти утопающего, условий для проявления геройства нет! Вот приблизительно какую позицию заняла группа ребят, и симпатичный, лет четырнадцати, паренек защищал эту точку зрения с пеной у рта.

Спрашивать — в смысле проверять исполнение — не легко. Куда проще дать очередное «ценное указание», красноречиво объяснить,   для чего   следует то-то и то-то, и… успокоиться. Но если поступать" таким образом, можно точно сказать: толку не будет. Желаете облегчить будущую взрослую жизнь своего подрастающего сына или своей пока еще маленькой дочери, не жалейте ни сил, ни времени па контроль исполнения.

Только не подумайте, что контролировать означает не сводить глаз с детей и надоедливо спрашивать. Ни в коем случае!

К ней довольно близко подошли честность, доброта, трудолюбие, настойчивость, веселость. А вот чувство ответственности оказалось чуть ли не на самом последнем месте. Этот эксперимент лишний раз напоминает,— заключал Р. В. Хохлов,— что нужно взять под особый контроль воспитание в себе чувства личной ответственности, без которого просто немыслимо представить гармоничного человека нашего общества…»

Боюсь, что одним только, хотя бы и особым, самоконтролем в этом деле не обойтись.

Не летать было для меня в ту пору страшнее смерти.

Теперь гляжу на себя восемнадцатилетнего взрослыми глазами, мысленно рисую ту первую ночь в карауле и стараюсь понять: в чем же таился изъян, воспитательная «недоработка», если я мог думать так, как думал?

Сначала был, как водится, чисто выметенный, продутый холодным ветром плац, торжественные слова команд и медный оглушающий гром духового оркестра, а потом разводящий привел и поставил меня на пост номер семь — у интендантских складов.

Ночь, мороз с ветром, снег, противно скрипящий под ногами, и время будто умерло — не шелохнётся.