Костик знает уже достаточно много, но, естественно, далеко не все, И на его жизненном пути постоянно случаются оказии и чрезвычайные происшествия.
Вот он ворвался резвым галопом на кухню и… схватил яйцо. А оно — круглое и гладкое — выскочило из маленькой ручонки, трах об пол и потекло! Костик потрогал, попробовал — вкусно… И, конечно, перемазался человек, пока знакомился с желтком и белком…
— Ты нехорошо говоришь, Ольга. Зануда — грубое слово. И умная девочка не должна употреблять таких слов, особенно в обращении с матерью. Это стыдно, Ольга…
Спору нет, и нежность, и терпение родителей, и всегда ровный доброжелательный тон, и стремление все объяснить, как говорится, довести до ума — качества безусловно положительные. Но без чувства меры тоже нельзя. И может быть, великое искусство воспитания отличается от обыкновенного воспитательного умения именно превосходно отточенным чувством меры, тем самым «чуть-чуть», на котором держится всякое настоящее искусство.
Микробы,— согласно повторила Оля и как ни в чем не бывало продолжала свое занятие.
— Если микробы попадут Ляле в животик,— упорно объясняла мама,— Ляля заболеет… бо-бо будет.
Пока все правильно: малютку, действительно, недолго и простудить, новорожденному нужны покой, и чистый воздух, и стерильная соска, и двадцать пеленок на день, еда вовремя, и много-много чего еще…
А время идет, накручиваются дни в недели, недели — в месяцы, и Лялечка уже сидит, уже лопочет что-то бессвязное, но весьма трогательное… смотрите, смотрите, она уже делает первые робкие шаги!
Едва ли сыщется на свете такой мудрец, который сумеет предложить нам универсальные, пригодные на все случаи жизни рецепты. Тем и сложна всякая воспитательная задача, что каждый раз, в каждом отдельном случае она требует особого подхода, новых усилий ума и непременно — сердца. И ничего не поделаешь: все родители разные, и все дети тоже разные, и жизнь ежечасно предлагает нам столько неожиданных ситуаций, что спрогнозировать их с полной достоверностью не представляется возможным.
Как же быть?